Подари журнал коллеге

Наши авторы

Александр Блохин

торговый представитель

компания "АЛИДИ-Норд"

 

Эксперт статьи "Пространство магазина с "подвывертом"". Новый маркетинг, №4, 2008

Все авторы

Логин

Пароль



 


 


 


 


 


 


 


 


Для подписчиков
1 0  


Сказка о черной записной книжке

Modo & Modo возродила полузабытую канцелярскую принадлежность, превратив ее в легендарный бренд для любителей блокнотиков
Виктор Тарнавский

Многим людям свойственна страсть к различным вещицам – симпатичным ручкам, красивым блокнотикам, наручным часам, сумочкам, галстукам и многому другому. Любители тех или иных аксессуаров образуют не очень многочисленную, но сплоченную группу, представители которой учитывают такие нюансы и разбираются в таких тонкостях, которые совершенно незаметны большинству потребителей. Быть культовой торговой маркой в подобном узком кругу не самая худшая участь для бренда. Такой логикой, очевидно, руководствовалась компания Modo & Modo, созданная в середине 90-х годов группой итальянских дизайнеров. Они поставили перед собой цель возродить товар, чрезвычайно популярный у ценителей канцелярских вещичек, – записные книжки Moleskine с черной суконной обложкой и эластичной лентой, держащей их плотно закрытыми. Для продвижения своей продукции Modo & Modo создала настоящую легенду о «творческих» записных книжках, которая стала основой ее маркетинговой политики
 

Бренд и его друзья
Что нужно бренду, чтобы стать культовым? В первую очередь, славная история. Как показывает пример Modo & Modo, история может быть главным и самым ценным активом бренда, а легенда – важнейшим инструментом стимулирования продаж. Надо только найти нужную информацию и правильно ее подать
Трудно установить, кто и когда изобрел молескин (от английских слов mole и skin – «шкурка крота») – плотную хлопчатобумажную ткань, из которой шьют рабочую одежду, делают верх обуви, книжные переплеты – словом, которую используют, когда нужны прочность и выносливость. Известно только, что она появилась во второй половине XIX века в Англии – тогдашней текстильной столице мира. Вскоре молескин распространился по всей Европе. В России самую плотную его разновидность называли чертовой кожей – одежду из этого прочного и грубого материала носили, например, вчерашние беспризорники в «Республике ШКИД». А во французском и итальянском языках английское слово обзавелось декоративной буковкой «ё» на конце.
Примерно в то же самое время кто-то додумался переплетать молескином не только книги, но и записные книжки небольших размеров, создав более дешевую альтернативу обложкам из натуральной кожи. А небольшая компания из французского города Тур, выпускавшая канцтовары, усовершенствовала блокноты, дополнив их удобным кармашком для записок на внутренней стороне обложки, матерчатой полоской, играющей роль закладки, и эластичной ленточкой, которая обтягивала записную книжку, держа ее плотно закрытой, чтобы даже дождевая вода не повредила листы высококачественной бескислотной бумаги.


Брюс Четвин внес большой вклад в популяризацию «молескинов»



Блокноты с черной молескиновой обложкой выпускались небольшими партиями и пользовались популярностью (особенно среди любителей подобных вещичек) благодаря прочности и удобству. Большой вклад в их популяризацию уже в середине ХХ столетия внес британский журналист, писатель и путешественник Брюс Четвин, который во время своих многочисленных поездок делал путевые заметки только в молескиновых записных книжках, которые покупал десятками в небольшом магазинчике канцтоваров в Париже. В своих книгах Четвин неоднократно отдавал должное удобству молескиновых блокнотиков и даже приучил пользоваться ими нескольких друзей из европейской литературной богемы.
Шли годы. В 1986 году умер владелец компании в Туре, а с его смертью прекратился выпуск записных книжек с молескиновой обложкой. Еще через три года скончался Брюс Четвин. Казалось бы, в истории товара надо было ставить точку.
Однако спустя несколько лет точка превратилась в запятую. Как оказалось, молескиновые записные книжки не были забыты. Опять-таки, благодаря Четвину, который в последние годы жизни проявлял такое беспокойство по поводу исчезновения любимых блокнотиков (в частности, просил друзей и знакомых со всей Европы искать их в магазинах канцтоваров, помещал в газетах объявления о покупке записных книжек), что привлек к ним повышенное внимание. Владеть такой записной книжкой стало престижно в определенных кругах, а когда появился Интернет, информация о блокнотах с молескиновой обложкой перекочевала в Сеть.


В середине 90-х годов несколько итальянских дизайнеров, которых тоже интересовали блокнотики, рассудили так: раз исчезнувший с прилавков товар до сих пор пользуется спросом, его можно возродить. В 1996 году друзья основали компанию, которую назвали Modo & Modo, и зарегистрировали бренд Moleskine. В 1998 году в магазинах канцтоваров Италии и еще нескольких европейских стран появилось «второе издание» молескиновых записных книжек.
Времена, когда молескин считался дешевой альтернативой коже, давно прошли. С конца 50-х годов ХХ века, когда ткань заменил еще более дешевый пластик, черная, слегка ворсистая суконная обложка стала ассоциироваться с богатством и престижем. Поэтому Moleskine был запущен как премиум-бренд: стоимость одного блокнотика размером 8,5 х 14 см и толщиной в 192 листа составляла в розничной торговле $12–16. Проблема заключалась в том, чтобы убедить покупателей платить такие деньги. Ведь в тех же магазинах, где продавались записные книжки Moleskine, можно было приобрести ничуть не худший товар, которых стоил в несколько раз дешевле.
Покойный Брюс Четвин, которого при всем желании нельзя причислить к сонму великих европейских писателей, ничем не мог помочь. И тогда Modo & Modo решила создать для продвижения Moleskine ряд легенд, связав бренд с другими европейскими писателями и художниками (благо гладкая высококачественная бумага великолепно подходила не только для записей, но и для рисунков и эскизов).


Чтобы прочитать статью, Вам необходимо оформить подписку.

 
 
Чтобы добавить комментарий Вы должны зарегистрироваться.